И с той войны ещё раны не зажили…

Когда слово предоставили бывшему афганцу Халиту Галиеву, он был тронут и растерян. Сказал, что никак не ожидал такого приёма в честь него, думал, просто встретится с одноклассниками. Рассказал вкратце о своём боевом пути. Когда их привезли в Адыгею для прохождения карантина, продолжавшегося 2,5 месяца, стало известно, что готовят их для ввода в Афганистан. Вспоминая то время, он говорил: «Какого-то страха не было, тем более мысли отказаться. Я думал, что служба у всех такая и должна быть такой».  Годы его службы (1984-1985) пришлись на самые кровопролитные в истории той войны. Связано это было опять же, с усилением вооружения моджахедов извне. США, которые стояли во главе, начали действовать открыто, сумма их помощи исчислялась сотнями миллионов долларов в год. Против наших солдат теперь применялось новейшее натовское вооружение, огромную помощь оказывал Китай, предоставляя реактивные системы залпового огня, советские системы ПЗРК, автоматы, крупнокалиберные пулемёты… Противостояние двух политических сил внутри одной страны превратилось в полномасштабную войну. Только с нашей стороны воевали и гибли молодые солдаты, а другие, десяток стран, делали это руками афганцев, точно так же, как и сегодня. Вот в этот ад вступил наш герой, к тому же, водителем военного «Урала».

- И без того страшные горные дороги были усыпаны остовами сгоревших автомобилей, боевых машин пехоты. Доехать до места назначения без обстрелов было скорее исключением, чем правилом, - вспоминает Халит Галиев. - Со стороны душманов, вся их партизанская война сводилась к организации засад на пути следования колонн и их уничтожению. Всё материально-техническое снабжение обеспечивал автотранспорт. Особенно опасно было возить ГСМ, водителей бензовозов называли смертниками.

Думаю, уместно будет привести информацию из открытых источников о потерях техники за весь период: танки – 147, БМП, БТР, БРДМ – 1314. Автомобили бортовые и бензовозы – 11369! Водителя на любом участке горного серпантина подстерегала смертельная опасность, их не защищала броня, они гибли первыми. Нашему герою пришлось проехать по всем опасным военным дорогам, вспоминал о перевале Саланг, где 3 ноября 1982 года произошла ужасная трагедия. Из-за аварии в середине тоннеля, отравившись выхлопными газами, погибли 64 наших военнослужащих. К тоннелю, который на высоте 3600 м, ведёт узкая, серпантинная дорога с затяжным подъёмом. Наверху сильнейшие ветры, нехватка кислорода, минусовые температуры, гололёд…, и это плюс к тому, что колонну в любое время могли атаковать. Случись что с машиной, ты непременно улетал в пропасть. Участвовал в войсковой операции против армии Ахмад Шах Масуда в Панджерском ущелье 1984 года.  «Очень много наших ребят полегло тогда в горах», - вспоминал он.

Получив осколочное ранение ноги пролежал две недели в госпитале Кабула. «Оттуда мы практически сбежали обратно в часть, кормили очень плохо»,- говорит он. Ещё раз пришлось попасть в госпиталь, но уже подхватив брюшной тиф. В этот раз его вывезли в Ашхабад. И тут раскрылась его ложь, ведь он скрывал от мамы место своей службы.

- Сообщили матери, она тут же прилетела. Не хотела меня отпускать обратно, перед кем угодно упаду на колени, дослужишь здесь, уговаривала она. Мне пришлось очень жестко пресечь её желание, сказав, что это будет предательством по отношению к моим боевым друзьям, а с этим ярлыком я жить не намерен.

Всё завершилось благополучно, остался жив. Вот как он вспоминал путь домой:

– С момента посадки в самолёт в Афганистане, с проверками и пересадкой в Союзе, через 6 часов я уже был в Оренбурге. В это поверить было сложно. Подъехали к дому, стемнело, за нашим домом невдалеке есть телевизионная вышка, её красные огни мне видятся, как будто трассеры рассекают небо…

Устроился вначале водителем, а потом, по рекомендации друга,  в дорожно-патрульную службу УМВД. Но и тут Халиту судьба «улыбнулась», в «дорожных войнах» погибало людей ничуть не меньше. А вскоре началась первая чеченская кампания.  Его, как опытного бойца, просят поехать в командировку по линии МВД в зону боевых действий. И в первую, и во вторую кампанию он ездил туда, в общей сложности 16 раз! Дежурили на блокпостах, сопровождали колонны, комиссии, генералов…

- В Чечне было намного страшнее, потому что я был уже семейным, дети, в общем, умирать не хотелось. В первой чеченской войне не было порядка, между различными подразделениями, родами войск, отсутствовали взаимодействие и координация. Часто случалось, что свои обстреливали своих. Пришлось участвовать и в штурме Урус-Мартана. Вторая кампания была организована намного лучше, был порядок, - поделился воспоминаниями Халит Мударисович.

К счастью, всё осталось позади, связь с однополчанами не терял и не теряет, выбирали и заместителем председателя совета ветеранов «Боевое братство». Ушёл на пенсию, 20 лет отработав в госавтоинспекции и получив удостоверение «Ветеран полка ДПС». Скучная жизнь пенсионера не для него, устроился на другую работу по своей первой специальности – водитель. Но его угнетает, что никак не наступит мир на земле, продолжают гибнуть солдаты.

– Опять же, у нас нет другого выхода, кроме как с оружием в руках, защищать своё Отечество, иначе его у нас растащат по кусочкам,- говорит ветеран.                                 

Фото автора и из солдатского альбома.